Медиаобразование. Это слово хорошо знакомо в развитых странах Европы, в где в школах и вузах медиаобразование - введенный в программу предмет. Хотите узнать побольше. Зайдите на сайты: 
http://edu.of.ru/mediaeducation
 http://edu.of.ru/medialibrary
 http://www.mediagram.ru

 

     Жанр трагикомедии в итальянском кино рождался из противостояния  средневековых запретов и новых перемен. «Белый шейх» Феллини тоже вписался в эту формулу.  Герои – обычная провинциальная пара, перед которой открываются соблазны Рима. Для мужа – это посещение папы римского, для молодой жены – посещение киностудии, где снимался ее любимый фильм «Белый шейх». Феллини сразу же заостряет повествование странным поведением героини: она чувствует себя явно более раскрепощено, чем полагается. Скорее по наивности женской натуры, не способной контроливать свои дейсвия.

        И в итоге она покидает номер, когда муж спит, а из не закрытого крана капает горячая вода. В дальнейшем начнутся приключения героини, попадающей на съемки и к своему кумиру. И злоключения мужа,  оказавшемся в положении, которое не пожелаешь и врагу. Настойчивые родственники требуют показать жену, а герой прилагает силы, чтобы спасти свою репутацию. На экране -  сатира на зрителя, влюбляющегося в фикцию, в персонажей фильмов «розового телефона» и на общество, где приличие ценится гораздо выше человеческого понимания.

        Впервые в этой ленте появляется почти неузнаваемая Джульетта Мазина. Феллини соединяет ее с цирком на площади: будущий фильм «Дорога» , дает имя Кабирия и одевает в ту же одежду из ленты «Ночи Кабирии». Само же ощущение свободы – это уже из 60 –х. Так великий мастер опережает время.   

               Акрофобия - навязчивый страх высоты, при котором может возникать головокружение. По гречески – акро – вершина, фобия – страх. В ленте Хичкока «Головокружение» есть нарастающее движение к вершине любви. Есть и загадка, без которой не может быть детектива. Загадка, погруженная в атмосферу тревоги и напряженности. Так называемый саспенс. В «Головокружении» он выделен образом  пространства, уходящего вниз – фобия героя и сюжетно: возникающая на наших глазах реальность на самой деле иллюзорна,  ловушка для героя.

             Жизнь героев явно выходит за пределы понятной логики. Действия героини Мадлен непонятны: она словно в бреду совершает странные поступки. А герой нанят ее мужем следить за ней и прояснить картину.  Обычная для детектива история расследования приобретает в фильме форму любовного романа. Образ Мадлен  загадочен, возникает из небытия, чтобы вновь исчезнуть. Кольцо опасности сжимается и единственной опорой становится чувство любви. Он и она неразрывны. На экране – легенды Голливуда: эротическая звезда, родившаяся с именем Мерилин, но оставшаяся в истории как Ким Новак и Джеймс Стюарт – актер, сыгравший более 100 ролей, а в годы Второй мировой войны -легендарный летчик, дослужившийся до генерала..

             В фильме  даже смерть героини -  не финал любовного романа.  Просто начинается  его вторая часть, в которой будет разгадка к первой. В ней появится женщина, абсолютно похожая на погибшую Мадлен. Кто же она?  Ответ придет, когда на экране появляется ее величество деталь- ожерелье Мадлен на шее у новой избранницы героя. И он все понимает. Завершает же фильм образ монахини, бьющей в колокол: мир в опасности, будьте бдительны.

В журнале «Новый мир» редко печатают киноповести. Алексея Слаповского все – таки напечатали.

«У нас убивают по пятницам» - сатира. Зачин сразу бьет наповал: заседание министров в присутствии прессы. Но никто не стесняется. Говорят о дележе добычи прямо, откровенно, не стесняясь. Тем более, что пресса ждет знака. Все, что до знака – будет за кадром. А будет розыгрыш: кого – бы убить в назидание всем. Потому что – нельзя. Как говорит Слаповский в одном из интервью: наверху уже понимают, что всем не хватит. Если раздувать аппетиты. В назидание тянут жребий: злополучный крестик оказывается у министра культуры. Подходящая кандидатура. И далее: портрет общества, где настолько живо воспринимают все, что идет сверху, что становится ясно: министр обречен. Вообщем, получилась смешная трагикомедия с печальным финалом.

Печальным еще и потому, что ясно: никто эту киноповесть не поставит. Зачем народ травить? Тем более, что Слаповскому и так повезло. Его сценарий «Ирония судьбы. Продолжение» продюсерам принес бешеные деньги, а Слаповскому, вероятно, новые возможности. Хотя уже и до этого были сериалы – «Остановка по требованию», «Участок». Слаповский недоволен: никаких процентов с фильма, кроме первоначального гонорара, отечественным сценаристам не предусматривается, значит до старости будут трудиться, не покладая рук. Правда, по - разному, как в анекдоте:

Встречаются два поэта и один другого спрашивает: «Как ты, как пишется?». «Как пишется? Муза прилетит – я пишу, не прилетит – я не пишу. А ты как?». «А я как? Я в 6 часов встаю, зубы чищу, завтракаю, сажусь за стол». «А муза?». «Она же знает, что я в 7 часов уже за столом».

                                                            
         21 сентября киноклуб «Синематека» проводит в кинотеатре «Родина» киновечер «К юбилею Софии Лорен» . Обширная предсеансовая программа, кинопрограмма, специально подготовленная к 75 летию актрисы.

Все это несколько удивительно, для провинциального города. И, вероятно, одна из причин – действительно, уникальная игра актрисы. Мне довелось ее увидеть на Московском кинофестивале в начале 90 – х годов. Зал не только аплодировал, при ее появлении он встал – и это был знак особого уважения.

Зал поклонился звезде, спустившейся с кинонебес. Но что же отличало актрису от других?

          В фильмах «Брак по – итальянски», «Вчера, сегодня, завтра» и в «Бокаччо 70» - сохранилось немало от неореализма, но это уже новое в чем – то даже эротическое кино. В отличие от обычных див этого жанра Лорен не спешит покорять нас обнаженным телом. Она сохраняет возможность быть человечной и очень душевной, ни чуть не умаляя сексуальности. В новелле из фильма «Вчера, сегодня, завтра» ее героиня в глазах соседки – олицетворение греха.  И совсем не потому, что она свободно занимается сексом, дело в ее притягательности. Ее женская красота так значительна, что молодой священник – сосед решает отказаться от избранного пути. Он влюбляется.

          Лорен – рекордсмен по призам и наградам крупнейших фестивалей.

И удивительно, как могла эта женщина, жена богатейшего продюсера

Карло Понтии, играть подлинно народные образы?  И как позднее в 70 лет она могла сниматься обнаженной для журнала, пренебрегая возрастом?

        «Каменный крик».  Германия. Канада, Франция, Бельгия 1991 год. Режиссер Вернер Херцог.

Автор сценария этой ленты  -  Рейнхольд Месснер — легендарный альпинист, первый покоритель всех 14-ти восьмитысячников мира. Он первым совершил бескислородное восхождение на Эверест, первым пересек Антарктиду пешком.  Сам же Херцог, один из лидеров «немецкой новой волны»,  также проходивший пешком чуть ли не пол Европы, всю жизнь берет рубежи нового кино. Его ленты никак не поставишь рядом с другими, они своего рода подвиг, подвиг творческий.

       Мне довелось подниматься на подъемнике на Эльбрус, глядя на лыжников, с невероятной быстротой спускавшихся вниз, помню как застывал от удивления, восхищаясь красотой такой экстремальной жизни.  Позднее самому удалось снять документальный  сюжет об уфимском спортсмене -  инвалиде, без ног совершившем восхождение на один из крутых пиков Канады. Помню, как во время съемок к моему герою подошел мужчина и сообщил о гибели друга, тот погиб, спускаясь с Эльбруса. Что же  влечет этих настоящих мужчин жить на грани постоянного риска?

      На это  вопрос убедительно отвечает фильм Вернера Херцога, развивающий традиции немецкого кино, в частности, «горных» лент.

    Замысел режиссера состоит в том, чтобы показать драму характера героя, не способного отступать ни при каких обстоятельствах. В исполнении известного итальянского актера Витторио Маццоджорно, он в сущности похож на самого Рейнхольда Месснера, не раз бросавшего вызов ветру, несущемуся со скоростью более, чем 100 миль в час, умеющего быстро принимать решения в экстремальных обстоятельствах. Ледники, 30 – дневные штормы – вот что ожидает альпиниста, пожелавшего подняться на этот труднодоступный пик Аргентины.Творческому коллективу Херцога этого фильма, чтобы снять экстремальные условия восхождения,  пришлось пережить драматургию ленты на себе, работать в труднейших условиях.

                 Сам же мастер, наверняка, вспоминал, как штурмовал недоступную сельву Латинской Америки, снимая фильм «Агирра – гнев божий». Приходилось сражаться не только с сельвой или с местными индейцами, но и темпераментом актера Клауса Кински. Нечто подобное пережил он и на съемках ленты «Фицкаральдо». По сюжету герой этой ленты вознамерился в непроходимой сельве построить оперный театр. И когда ему приходилось особенно плохо, он ставил пластинку с Карузо и глосс великого певца, придавал ему новые силы. Я смотрел эту ленту как прекрасный вымысел, пока в журнале «Вокруг света» не обнаружил документальное подтверждение существования такого театра.

          В фильме «Каменный крик» Херцог также черпает силы в вере в способности человека, в его почти безумную увлеченность мечтой. Восхождение на  труднодоступную вершину  удалось снять с высоты птичьего полета, подняться до пика эмоциональных переживаний,

И никакой компьютерной техникой не заменишь реальные съемки, когда кинематографисты  испытают себя всерьез на прочность характера и верность творчеству. Фильм был номинирован на «Золотого льва» на Венецианском фестивале 1991 года.

                «Сны» – так называется один из последних фильмов японского режиссера Акиры Куросавы, одного из величайших титанов кинематографа 20 века. На этот раз перед нами экранизация его снов, воплощенная в новеллах потрясающей живописной силы.

Вот, оказывается что дарует природа гениям: способность видеть цветные сны, да так отчетливо, что стоит только удивляться почему подсознание  у Куросавы так прочно подчинено разуму.

Новеллы по темам удивительно разные: мальчик в лесу встречает движущихся в масках японского театра лис. Их походка так изумляет, что не остается ни тени сомнения, что на экране – таинство, чудо. Экологические страшные сказки кажется на противоположном от мира детства полюсе, на самом деле все новеллы пронизаны одном чувством тревоги, катастрофы, происходящей либо на земле, либо в чудесном мире вымысла. Вырубленный сад – тоже катастрофа. На какие – то минуты вырубленные деревья оживают, заполняя  праздником цвета и восторга все пространство экрана.

           В новелле о выдающемся художнике французском художнике Ван Гоге режиссер откровенно показывает его творчество на грани человеческих возможностей, за которыми простирается пространство безумия. Герой новеллы – обыкновенный посетитель музея, неожиданно проникает в саму картину. Вот он уже идет по дороге, в пейзаже мы узнаем  знакомую нам картину Ван Гога, смотрит на его природу. Вся она озарена каким – то фантастически ярким светом и одновременно наполнена взволнованной интонацией. Герой пытается узнать о Ван Гоге, но над ним смеются: кому понадобился это сумасшедший, что изо дня в день малюет какие – то странные живописные полотна. Но встреча с художником для героя и для зрителей становится объяснением всего: и сумасшествия и гениальных открытий. Ван Гог живет пытаясь передать мир таким, каким он его видит, увлеченно наблюдает за солнечным светом, за его жаром, красками, неповторимостью каждого дня. Не случайно на экране появляются колеса поезда, они размеренно движутся и мы понимает, что труд Ван Гога – это титанический бег в обрыв приближающейся смерти в нищете и безвестности и в бессмертия и славы самого дорого художника на планете.

         Сновиденческое кино стирает грани фантазии и реальности.

Его не назовешь фантастикой, как Вы не стали бы разрывать прочную нить подсознания и разума, каким – то таинственным образом сплетающихся в снах.

              Во французской ленте Сержа Бозона «Франция», демонстрировавшейся на фестивале французского кино во многих городах России в этом году, до конца ленты трудно догадаться, что перед нами всего лишь сон. Все иные трактовки фильма вызывают вопросы, на которые  не найдешь ответов. Мы слишком привыкли относиться к событиям прошлого, как к событиям историческим. Хотя в этой ленте немецкие всадники напоминают скорее образы с картин Дюрера, чем реальных немцев – кавалеристов. 

        Парадоксально мыслит автор: героиня, отправившаяся на поля Первой мировой войны на поиски мужа на самом деле оказывается среди солдат – призраков. Вместо винтовок у них музыкальные инструменты. Они поют от имени героини и бредут во тьме неведомо куда, как дезертиры, опасаясь, чтобы их кто – увидел.

На самом деле увидеть их могут только зрители, только им доверено проникнуть в подсознание героини, обеспокоенной за мужа.

        Лента заканчивается  в спальне, безумные странствия, порой обрывающиеся в свершающееся на экране преступление, сменяется эротической сценой. А в финале мы видим ночное небо, усыпанное звездами: мир так огромен, но все живое соединено тревогой и любовью.

      Попробуем определить то, что скрыто за дымкой тайны: сновиденческое кино не просто вымысел, он рождается как крик души, рождающийся откуда – то из глубин приближающейся смерти, тревоги, ощущения утраты любви как невозможной катастрофы.

         Способность вызвать на спор Авдотья Смирнова, думаю, взяла от своего отца – известного режиссера Андрея Смирнова. Тот мог сначала развестись со своей женой, жениться во второй раз, а потом пригласить первую жену – актрису Наталью Рудневу уехать в деревню, на съемки фильма «Осень». Сюжет о связи семейных людей, которым выпал шанс вновь пережить любовный роман, был для советского кино запретным, к тому  усилен Смирновым намеками на показ секса. В режиссерском дебюте - фильме «Связь». Дуня Смирнова сняла Анну Михалкову в главной роли, а Руднева сыграла роль второго плана. В ленте Нина – жена нищего художника, приезжая в столицу, влюбляется в женатого бизнесмена. В картинах отца и дочери герои в финале с раскаянием бегут в прежнюю спокойную жизнь.

              Но финалы других фильмов Смирновой гораздо круче, чем у отца. В «Прогулке»  финал открывает подлинное лицо обаятельной

 Ольги. За три часа  вояжа по Санкт – Петербургу  в героиню влюбляются сразу два парня. А в итоге окажутся участниками розыгрыша, циничного и беспардонного. Галя из ленты «Дневник его жены» тоже вдоволь посмеется над знаменитым писателем Буниным,  он вполне доволен тем, что она как любовница и жена Вера живут  в одном доме. Оно и понятно: Галя красива, молода и умна. Но связь с Буниным она быстро меняет на лесбиянство. Найдя себе пару, она возвращается в дом Бунина, но не к нему, а просто под его крышу, вместе с ее возлюбленной.

       И самая крутая ее героиня – это Татьяна из неснятого до сих пор сценария  «Обаятельные люди».  Он о дореволюционной России, явно с чеховской атмосферой действия. С одной стороны – деятельный врач по уши влюбленный в Татьяну. С другой – пустой, но обаятельный поэт, муж Татьяны. Врач страдает, что  познакомил их и, продолжая любить, потихоньку сходит с ума.  Татьяна, по его мнению, страдающая от постоянных измен мужа, нуждается в поддержке. Та же играет и в дружбу и выражение открытой неприязни. Но когда врач  убивает мужа,  она тут же  берет над ним заботливую опеку.     

        Пока «Осень» Смирнова лежала на полке, Дуня ходила в вожаках комсомола. Теперь она с теми, кто составляет среду Михалковых. Ее сценарий «Глянец» экранизировал Андрон Кончаловский. И здесь не знаю, радоваться за героиню этой ленты: все – таки добьется цели, станет женой богатого бизнесмена, или сочувствовать ей: на экране свиноподобные лица тех, кто умеет делать деньги. Похоже именно такая амбивалентность вполне по душе самому автору. Драматургия фильма притягательна,  пока она вызывает на спор!

    Фильмы польских мастеров кино «морального беспокойства» мы смотрели в подвале ВГИКа тайно, но иногда с кем – то из комсомола.   Однажды поехал в Москву и привез сразу диафильм о Вайде, где он по – праву назывался выдающимся мастером и газеты, начиненные строчками злобных нападок в его адрес. И вот как гром грянул в конце 70 - х : фильм А. Кислевского «Кинолюбитель» на фестивале в Москве получил  главный приз.  На фоне таких острокритических лент  сериал «Декалог» смотрелся, думаю, скромнее. Но сенсационно!  Запуск сериала не обошелся без скандала: опытному режиссеру предложили набрать молодых и помочь им снять этот сериал. А Кислевски так увлекся замыслом, что все десять лент снял сам. Сегодня вся эта пена ушла, остался только сериал, спокойный, без саспенса, но с магической властью  над душой.        

        «Декалог» на канале «Культура» приурочили к указу о преподавании в школах религии. Получилось парадоксально: Кислевски как раз и рассказывает в своих  фильмах о том, что вера – не устав, ее надо  выносить как дитя. Заучить десять заповедей наверно нетрудно, несравнимо сложнее их не нарушать. И потом в одном из фильмов «Декалога» врач откровенно врет беременной героине, что ее муж умрет. А значит,  нет никакого резона делать аборт, ребенок от другого мужчины, а он героиню  любит. Но вопреки житейской логике, она приходит к мужу и пытается его спасти. Кристина Янда замечательно тонко ведет эту роль: от колебаний к решительному выбору. Кислевски здесь глубже фон Триера. Здесь не говорят о любви, только о человеческой жизни. Ее надо спасать. А врач спасет ребенка. Откуда же он знает, что и в этом случае героиню ждет счастье?

       В свое время познание законов диалектики вызвало у меня восторг. Еще бы разве не закон: количество переходит в качество. Но разве не индийский кинематограф один из лидеров по количеству фильмов: до тысячи в год. Какой же из них мы смотрели? Даже если попытаетесь вспомнить, выясниться, что все они превратились в одну картину с песнями, танцами, злодеями и…штампами. Значит ли это, что в этой стране нет другого кинематографа? Уверен, что есть.

            До тысячи фильмов, вместе с независимым кинематографом, снимается также в США. Из них только десять – пятнадцать собирают более половины мирового дохода.

Говорить о том, что это коммерческое – а значит не художественное кино просто тратить время. Но если урожай «Оскаров» собирает «Миллионер из трущоб», а урожай доходов

«Загадочная судьба Бенджамина Батона», то совершенно ясно, что зрителю удалось увидеть то, что не увидела поражающая количеством заседающих критиков Академия кино США. Зритель не обладает способностью смотреть шедевры, но обладает жизненной энергией. Ему ближе то, что бурлит не только на поверхности, но и в глубине жизни.  

Прежде чем выпускать ленты в прокат, на американских студиях показывают их зрителям.

И первое, что они проверяют, сценарный ход, на который делается особая ставка. 

              Россияне в этом плане просто упорны: медленно осваивают эту проклятую модель ориентации на зрелище. Российский зритель более капризный: и денег меньше и различие между образованным и необразованным зрителем гораздо больше. Кинопрокатчикам бы применять более гибкую модель, чтобы все были довольны. Но это связано с рекламой, здесь надо уметь работать. Кинокомплексы с фильмами не работают.  Оглушающие  сознание ролики, предваряющие сеанс у меня, например, отбивают всякое желание его смотреть, настолько они агрессивны.

        Российские кинопрокатчики все меньше работают с отечественными лентами, не претендующими на роль блокбакстера. Американские же ленты идут косяком, потоком,

Небольшое количество отличных зрелищных лент протаскивает за собой гораздо большое число картин откровенно халтурных и убогих. Они же явно не дружат  с географией. Судя по их вкусам,  они молятся на  процветание великой кинодержавы – Голливуда. Другие киностудии исчезли как Атлантида. Или  просто в других странах не снимают кино?  На самом деле  на страны Юго-Восточной Азии, Тихоокеанского бассейна и Австралию приходится половина мировой кинопродукции. И в этой половине, несомненно, постоянно появляются фильмы  интересные, зрелищные и даже высокохудожественные.

         Но как пробиться в  репертуар мировых кинокомплексов?  Кинотеатры похожи на солдат, выстроившихся в строю. Продвижение фильмов идет по команде одного генерала. Это даже не назовешь рынком, это просто монополия. Царство аттракциона, далекого от реальности.